Про ресторан Erwin
22 ноября 2016

Про ресторан Erwin

Иллюстрация: Екатерина Матвеева

Брат приехал из Сан-Франциско, разные памятные даты, то–се. Решили сходить в ресторан. Повела его в «Erwin». Чего мелочиться? Хотелось и поесть, и на людей поглазеть. Я выступала в жанре «я покажу тебе блядей, - сказала мне сестра».

Мы с братом питерские, рыба нашего детства – корюшка, майская невская рыбка, пахнущая огурцом. С годами ее становилось все труднее купить, да и запах у нее стал куда-то улетучиваться, да и весна бывает не каждый день. Стали есть треску – мороженые такие поленья продавались. Потом и она куда-то делась. Помню, как-то мама пришла из магазина (годы были позднебрежневские) и говорит: «Дожили! В рыбном – одни профурсетки!» - «В смысле?» - «Бельдюга, пристипома и путассу!» Так я узнала много новых слов.

Про «Эрвин» мне много всякого интересного рассказывали; провожали нас в путь всем колхозом. «Главное – столик прямо напротив туалета занять, тогда всех видно: кто пришел, кто уходит, какие каблуки надела»,– советовали мне. «Рано не приходите, бляди больше к вечеру собираются», - предупреждали знатоки. «Жуткие, кошмарные, сиськи – во! Мини-юбки ничего не прикрывают», - жаловались женщины. – «Нич-чего не прикрывают! Сиськи – во!» - радостно сверкали глаза мужчин.

«Эрвин» расположен на набережной Тараса Шевченко, там теперь кластер ресторанов, место злачное, а ведь когда-то – еще при Брежневе – набережная была безвидна и пуста, и я собиралась там жить и уже почти обменяла свою медведковскую шлакоблочную конуру на роскошную трехкомнатную квартиру с террасой и выходом на крышу. Не сложилось. Тогда было обидно, а сейчас думаю: Господь упас!

Направо – если смотреть из не доставшихся мне окон – Киевский вокзал и торговый центр «Европейский», не к ночи будь помянут. Прямо, если глаза скосить, – Белый Дом, цитадель несостоявшейся демократии. Там пробка всегда. На мосту тоже пробка. Налево – гостиница «Украина». Мне в свое время прораб Сергей Иваныч, ремонтировавший мою квартиру и оставшийся должен тыщу долларов, предлагал недорого купить ореховые кресла, украденные из этой «Украины». Эта сделка тоже сорвалась – перехватили добрые люди креслица-то мои. Не одной же мне предлагал Сергей Иваныч принять участие в противозаконных финансовых махинациях.

А под Украиной – вот как раз «Эрвин» и другие увеселительные заведения. Отталкивая «мерседесы» и уворачиваясь от «бэшек», мы протиснулись сквозь густую толпу. Ура! Нас усадили у туалета. Огляделись. Посреди зала стояла статуя Нептуна в веселеньких хлопчатобумажных трусах, как бы намекая: девчата, могу и снять! Девчата еще не подошли, рано им было.

«Для каждого ресторана скрупулезно выбираются музыка, люстры и даже цвет помады для официанток. Все под контролем!» – обещал нам сайт Александра Раппопорта, владельца «Эрвина» и многих, многих других ресторанов. Действительно, цвет помады девушек-официанток бросался в глаза. В ушах у них были вставлены серьги в виде щупальца осьминога. Волосы гладко зачесаны. Униформа цвета океанической воды, зеленая. Отличить свою девушку от не своей не представлялось возможным, и, как мы позже поняли, в этом тоже был свой тайный скрупулезный смысл.

Мы достали телефоны и стали зачитывать друг другу заказные отзывы на

Трипадвайзере: «все очень свежее!», «свежайшее!», «свежайшее!», «свежайшее!», «ел в лучших ресторанах Европы, но такого качества, как здесь!..» Ложь, как мы помним, должна быть чудовищной, она такой и была. Откуда ж тут взяться свежему? До ближайшего моря три года скачи, не доскачешь! Спросили одну из пойманных официанток (может, нашу, кто их различит?): «Замороженное?» - «Да, прямо на корабле, глубокая заморозка, минус 40. Всё из северных наших вод!». Ну, то-то же. Вопрос сдвигается в сторону сроков: когда заморозили?

Пару слов о винной карте, а вернее, о водке. Самая дешевая водка в «Эрвине» была «Белуга». Типа профессиональное бухло. Как бы тот же «Нептун» в трусах. Стоит развратно дорого. Я считаю бессовестной манеру подавать только эту водку, которая и в магазине идет по заоблачным ценам, ничуть не будучи лучше другой, вон той. Меж тем, никакой корреляции между ценой и качеством водки не существует; тот же этанол, - пардон май френч, - летучая,   горючая, бесцветная, прозрачная жидкость. Качество водки зависит исключительно от совести производителя, больше ни от чего. Как-то брала я водяру в фирменном магазине «Кристалла»: дайте мне ну вот хоть «Лимонную». Продавщица оглянулась – никто не слушает – и шепнула: «не, эту не берите. Пятнадцатый цех разливал». И это все, что нужно знать про C2H5OH.

Меж тем, пробило восемь часов, и начали подтягиваться профурсетки, несколько отвлекавшие нас от меню. Девчата рассаживались парами и, насколько можно было заметить, не ели, а больше как-то щебетали и по сторонам, в отличие от нас, не глазели, или же вставали и красиво прохаживались. Фигуры у них были прекрасные: тонкие, извилистые, с накачанными попами и обильным силиконом, в просторечии называемым сиськами. Одеты в основном в черное с блёстками, но одна все-таки не сдержалась и замоталась в леопардовое.

Трипадвайзер развлек историей про «архангельского клыкача», двое едоков ехидно отметили, что такого нет в природе; мы погуглили и клыкача, обогатившись новыми знаниями, а это всегда полезно. Знайте же, что бывает клыкач антарктический и клыкач патагонский; антарктический выше 60-ти градусов южной широты отродясь не заплывал, не его это воды. Разве что он по личной дружбе зарулил к Раппопорту: жарь меня, Александр Леонидыч, черт с тобой! ради тебя назовусь архангельским!.. Ложь, повторяю, должна быть какой? – Правильно.

Зато креветки, раки, лангустины были представлены изобильно, и мы набросились на них… о ужас, есть это было нельзя. Рецензенты Трипадвайзера, евшие «в лучших ресторанах Европы», и тут немножко наврали нам, - то ли Европой они называли сухие ее окраины – Румынию или там Словакию, то ли родина рецензентов, обозначенная ими в их комментариях, - Рязань или Нижний Новгород – не вполне способствовала пониманию морских и океанических тонкостей; всецело сочувствую, всецело! Мы последовательно заказали и не доели: крудо из лангустинов (680 р.), сашими из сладкой креветки (690 р.), креветку медведку отварную (1200 р.) и креветку ботана отварного (тоже 1200 р.). Все эти твари были решительно одинакового вкуса – папье-маше, если кто его пробовал. А ведь «во главу угла поставлено исключительное отношение к продуктам, к кухне в целом и к каждому блюду в частности», - уверяет нас пиар-служба.

Крайне неловкая возникает ситуация, когда заказываешь блюдо с красивым, многообещающим названием… ждешь… набрасываешься, надкусываешь и выплевываешь. Заказываешь еще одно – та же история. Заказываешь третье – бинго! Это можно есть! Из того, что можно есть в «Эрвине», назову: суп чаудер (640 рублей) и щучьи котлетки (те же 640). Чего нельзя есть, трата денег: барамунди с рисом 1800, миноги нарвские 850 р., и самое, самое страшное - рагу из раковых шеек, 890 р.

Раковые шейки – традиционно – настолько общепризнанный деликатес, что в честь них – единственных – даже названы конфеты-карамельки. Видели ли вы конфеты «Гусиная печенка»? «Бульон с пирожками»? «Барашек на вертеле»? «Яблочный пирог»? Нет, нет и нет! А раковые шейки удостоились. Ждешь чего-то такого-этакого. Розового или бледно-кораллового, тонкого, ангельского! И вот приносят миску; в миску плюхнута рыжая теплая масса с вкраплениями фасоли. Да, фасоли! Да, рыжая! И грубо поджаренный гренок. Как будто наблевали, прости господи.

Профурсеток к этому часу стало больше, чем дам другого калибра; от туалета плыло все больше и больше леопардов и черных платьиц на тоненьких лямках; прошла и простушка в ярко-красных воланах и с красным ободком в светлых сельских волосах; напротив, мужчины были представлены слабее. Нам говорили, что мужчины в этом ресторане – всё больше депутаты, парламентарии из заречного Белого дома. На одного депутата, если на глаз прикинуть, приходилось по две одиноких полураздетых дамы. Глаза разбегаются; мысли бродят, настроение веселое, зачем еще и высокая кухня? Обсосешь ботана отварного – и порядок, верно, девчата?

Примерно в это время мы обнаружили, что нам, кажется, не несут того, что мы заказывали и, кажется, несут то, чего мы никак не заказывали. Тут мы поняли смысл того, что все официантки выглядели на одно лицо, - непонятно, кого подзывать, кого просить «еще водички», кому предъявлять претензию: несъедобно, мол. Другими словами, прослеживалась тенденция: ровно-одинаковая еда, ровно-одинаковая обслуга в скрупулезно-алой помаде, ровно-одинаковые вечерние девчата, парами скучающие за столиками на четверых.

Мы все же изловили какую-то девушку в зеленом, с осьминогом в ухе, и сдали ей тарелку с теплой рыжей кашей. Спасибо Александру Леонидычу. Пусть сам ест. Девушка посмотрела на нас внимательно и вдруг сжалилась.

- Я вам сейчас вкусное принесу, - шепнула она.

И принесла щучьи котлетки. И вот они были вкусными.

В качестве компота мы взяли крем-брюле с шариком апельсинового сорбета. Вкусно. Но только это было не крем-брюле, а крем-карамель. Но какая разница, верно? Все полезно, что в рот полезло. Да, девчата? Счастья вам и денег побольше! Не увидимся уже, наверно!.. 

Один мой друг, в советское еще время, пошел в ресторан. Заказал судака по-польски – то есть под масляно-яичным соусом. Ест-ест – не то что-то. Подозвал официанта.

- Скажите, разве это судак? Странно как-то …

Официант изогнулся над моим другом и назидательно сказал:

- Бывает судак судачный, а бывает судак тресочный!

«Эрвин» – это судак тресочный.